Мобилизованный предприниматель, владелец нескольких сервисных центров по ремонту бытовой электроники, Владислав Евгеньевич Шардаков пятый год находится в зоне специальной военной операции.
Главное для бойца – мозги и уши
Воевал на Лисичанском направлении в составе танкового полка связистом, в штурмовой бригаде. Под Клещеевкой получил ранение в колено, сейчас – инструктор технического центра, готовит операторов БПЛА, ремонтирует и оборудует различные наземные автономные боевые платформы и технику. О себе не любит много рассказывать, больше вспоминает эпизоды из жизни своих боевых товарищей. Прошел через штурмы.
– Во время первого штурма меня вытошнило, – рассказывает сержант Влад Шардаков с позывным Фаза. Штурм – это экстремальная ситуация, когда тебя могут в любой момент убить, и чтобы выжить, организм мгновенно мобилизует все ресурсы тела для преодоления опасной ситуации, выбрасывая чудовищную порцию адреналина.
Когда идешь в атаку, нас свои прикрывают со спины: с тыла на позиции врага летят мины, снаряды, выстрелы от гранатометов и там взрываются. Но ведь и в тебя все летит со стороны позиций врага. В 2025 году произошли кардинальные изменения на фронте: количество украинских дронов различного типа выросло кратно. На одного нашего бойца приходится по 5-6 дронов.
Взял окоп, нужно остановиться, послушать, что происходит вокруг, а адреналин еще выбрасывается – он и не дает полноценно и объективно оценить обстановку. У нас инструктор погиб, потому что в какой-то момент перестал слышать небо.
Главное для бойца – мозги и уши. Мозги, чтобы думать, уши, чтобы слышать, что летает в небе. Очень важно уметь выбрать время для решения боевой задачи.
Шардаков вспоминает случай, когда рано утром «по-серому» (ночные дроны улетели, а дневные еще не появились) они решили проверить окопы и блиндаж у украинцев. Зашли в блиндаж, а всушники спят – храп стоит. Стали выводить пленных, и их обнаружил украинский оператор БПЛА и навел минометы. Решили уничтожить всех. Троих украинских солдат убили, нашему бойцу осколок залетел под каску – умер.
Последний приказ майора
– Настоящие люди на СВО всегда рядом. Они проявляют себя в экстремальных условиях, на грани жизни и гибели.
Во время одного из штурмов под Клещеевкой командира роты майора с позывным Стиф тяжело ранило. Группа эвакуации, которая выдвинулась к нему, попала под обстрел кассетных боеприпасов.
У него ран было больше, чем в дуршлаге отверстий, – вспоминает Влад. Бронежилет офицера был разорван от дротиков – мелких заостренных осколков кассеты. Он лишился глаза, в ногах, на теле – осколки, руки перебиты. Майор шел и маму (сознание) терял. Мужик он был здоровым – за 90 килограммов веса. Мы сами были ранены, истощены и не смогли бы долго тащить его на себе. Можно было бы оставить до вечера и под прикрытием темноты попытаться эвакуировать. Но до вечера он бы не дожил – истек кровью. И он понимал, что единственный шанс у него выжить, превозмогая боль, идти самому на раненых ногах. Майор приказал нам:
– Пацаны, что бы я ни приказывал вам, не кричал, не умолял, не слушайте меня, бейте по лицу, чтобы я пришел в себя, я буду идти…
Мы обхватили его под шею, чтобы он шел на своих ногах вместе с нами. Там была «дорога смерти» в 900 метров под Клещеевкой, которая постоянно обстреливалась минометами, и мы пошли по ней.
Временами он терял сознание, падал, мы его приводили в сознание, он вставал и шел. Дошли, майора эвакуировали в госпиталь, где врачи с шести вечера до часу ночи проводили операции. К счастью, он выжил. Настоящий офицер!
За воинскую доблесть
– Нужно поддерживать друг друга. Без взаимовыручки на войне пропадешь. Как-то вчетвером оборудовали связь в бункере – бывшей украинской пулеметной точке. Затянули полевой кабель связи, и нас начала обстреливать артиллерия из тяжелых орудий. Скорее всего, дрон отследил наши передвижения. Работали две гаубицы. Минут 40 нас пытались уничтожить, а мы сидели в бункере и, как могли, поддерживали друг друга, шутили, вспоминали дом. Спас бетонный бункер. Хотя, если бы было прямое попадание, он бы не выдержал. (На фото – последствия обстрела).
За мужество, отвагу и самоотверженность, проявленные при исполнении воинского долга, сержант Владислав Евгеньевич Шардаков награжден медалью «За воинскую доблесть» I степени.
Владимир ПОТЕХИН